А. Головачева

…пленительная смесь

Из грусти пушкинской и средиземной спеси...

О. Мандельштам. “Ариост”

Из незавершенных замыслов Пушкина ни один так не волнует воображение, как набросок стихотворения о старом доже и молодой догарессе. Фактически это четверостишие, известное в разных публикаторских вариантах:

Ночь светла; в небесном поле

Ходит Веспер золотой,

Старый Дож плывет в гондоле

С Догарессой молодой1 .

В голубом эфира поле

Блещет месяц золотой.

Старый дож плывет в гондоле

С догарессой молодой2 .

В голубом небесном поле

Светит Веспер золотой…3

Ночь тиха, в небесном поле

Светит Веспер золотой…4

Стихи о доже и догарессе остались на черновом листке, не получив не только авторского продолжения, но и утвердившихся под пером автора первых строк. Пушкин подбирал один за другим варианты начала, затем отвергал их, зачеркивал, вписывал новый и так и не довел работу до чистовика. Его варианты отразились в изданиях разных лет, в автографе же навсегда остался пробел как в первых словах, так и в продолжении стихотворения. Впоследствии его неоднократно пытались заполнить: издатели — чтобы придать стихам завершенный вид, другие поэты — чтобы дописать не оставляющее равнодушным начало. Искушение прикоснуться к магии этих строк до сих пор остается неодолимым5 .